Тренд на боль: что такое селфхарм и почему этим занимаются подростки
В современном мире достаточно распространенным способом молодых людей справляться с внутренним напряжением, к сожалению, становится самоповреждение или селфхарм. Мировая статистика утверждает, что каждый шестой подросток время от времени умышленно причиняет себе боль.
Что стоит за этим феноменом? Как изменилось восприятие боли в эпоху соцсетей? Как реагировать родителям, чтобы не усугубить ситуацию, а помочь и поддержать ребенка? Об этом рассказала психиатр, заведующий детско-подростковым отделением Витебского областного клинического центра психиатрии и наркологии Елена Данилова.
— Елена Леонидовна, селфхарм — это какое-то новое тревожное явление?
— Термин «селфхарм» вошел в профессиональный и общественный обиход лишь в последние десятилетия, но само явление гораздо более древнее.На протяжении веков люди причиняли себе боль по самым разным причинам. К примеру, в качестве покаяния, очищения или протеста, в религиозных обрядах. Однако рассматривать самоповреждение как серьезную психологическую проблему начали относительно недавно.
Сегодня под селфхармом понимается причинение вреда самому себе без намерения совершить самоубийство. В психиатрии это рассматривается не как самостоятельное расстройство или диагноз, а как симптом глубокого психологического дискомфорта, который требует серьезного внимания и помощи.
— Почему человек осознанно может причинять себе боль?
— К причинению себе боли люди прибегают, как правило, для того, чтобы справиться с негативными эмоциями и мыслями, вернуть ощущение контроля над собственной жизнью, иногда таким способом «наказать» себя за проступки. К самоповреждению может подтолкнуть буллинг, отвержение, конфликты в семье и со сверстниками, пережитое насилие, утрата, а вкупе с низкой самооценкой и сложностями переходного возраста вырабатывается такой деструктивный механизм переживания душевных страданий. Человеку кажется, что физическая боль заглушит мучительные мысли и эмоции, позволит почувствовать себя живым.
— Всегда ли речь идет о физических повреждениях? Есть ли менее очевидные проявления, которые могут остаться незамеченными?
— Селфхарм — агрессия, направленная на себя в любой форме. Это может быть причинение себе физического вреда: порезы острыми предметами (самый распространенный вид повреждений), нанесение ударов, ожогов, вырывание волос, препятствование заживлению ран, помещение предметов под кожу. Самоповреждение может быть косвенным — менее очевидным, но не менее опасным: злоупотребление психоактивными веществами (наркотиками, алкоголем) или лекарственными препаратами (слабительными средствами, диуретиками), чрезмерное ограничение в еде или, наоборот, переедание. А иногда оно может быть и совсем неочевидным: отказ от медицинской помощи, чрезмерные физические нагрузки вплоть до изнеможения, провоцирование опасных ситуаций. Есть еще и другая опасная разновидность — психологический селфхарм, который часто упускают из вида. Но именно он очень разрушителен для психики — это постоянная самокритика, социальная изоляция, намеренный провал в важных делах и отказ от возможностей. Формы разные, а цель одна — причинить себе вред.
— В группе риска в основном подростки?
— Статистически да, пик приходится на 13–18 лет.Но очень важно помнить, что селфхарм может затронуть человека любого возраста, пола, социального статуса. От него не застрахованы ни дети, ни взрослые, особенно на фоне кризисов или душевных расстройств.
— Почему одни подростки в трудной ситуации уходят в себя или ищут поддержки, а другие начинают причинять себе боль? Как работает этот механизм?
— Иногда боль внутри становится настолько сильной, что человек не знает, как с ней справиться. И причинение себе физической боли кажется единственным способом хоть как-то ее выразить. Это как «немой крик» — попытка показать, что ему плохо, когда он не умеет говорить о своих чувствах. Или как способ переключиться с душевной боли на телесную, которая кажется проще и понятнее. Всё это — не каприз и не привлечение внимания, а сигнал, что срочно нужна поддержка, понимание и помощь. Такое поведение часто становится замкнутым кругом. Сначала человек причиняет себе боль, чтобы хоть немного облегчить душевное страдание. Потом приходит чувство вины, стыда, тревоги — от этого становится еще хуже. В итоге, когда боль снова накапливается, он повторяет то же самое, потому что не видит другого способа справиться.
— Сейчас дети много времени проводят онлайн, часто общаются в социальных сетях, может ли это как-то подтолкнуть к самоповреждению?
— В интернете есть множество открытых и закрытых сообществ, где подростки романтизируют селфхарм, возводят его в ранг некой субкультуры. Может появиться ложное ощущение, что это что-то красивое и необычное, признак особой чувствительности. Посты с эстетично снятыми ранами и меланхоличными цитатами, которые набирают тысячи лайков, формируют ложный привлекательный образ. А чаты и группы «единомышленников» создают иллюзию понимающего сообщества и закрепляют деструктивное поведение.
Механизмы соцсетей работают четко: один раз стоит случайно просмотреть контент о самоповреждениях, и в ленте сразу начинают попадаться всё больше постов о страданиях и депрессии, где найдутся «советы» и «инструкции» по теме.
С другой стороны, в соцсетях можно найти поддержку, советы и истории тех, кто справился с этим, узнать, как заменить селфхарм безопасным поведением. Психологи и медики тоже широко используют соцсети, чтобы рассказать, как можно помочь себе или своим близким.
Тут главное помнить, что соцсети и в целом интернет — мощный инструмент. Поэтому важно развивать цифровую грамотность: узнавать, как можно распознать вредный контент, как искать поддержку, а что может быть опасным.
— Почему подростки молчат о том, что причиняют себе вред, не делятся этим даже с близкими?
— Тут обычно целый комплекс причин. Они чувствуют себя виноватыми, испытывают стыд, страх осуждения и непонимания, боятся последствий и того, что взрослые «сдадут» врачу. Иногда никому не рассказывают, желая защитить родителей: «Мама будет плакать», «У них будут неприятности из-за меня». Довольно часто дети отрицают глубину проблемы, уверены, что могут остановиться в любой момент сами. Подростки не верят в помощь, скептически относятся к психологам и психиатрам. Для них рассказать и признать проблему – это значит потерять контроль над ситуацией.
— А какая роль взрослых? Как чаще всего реагируют те, от кого зависит благополучие ребенка?
— Роль родителей, учителей, психологов критически важна. Именно от них зависит: обратится ли подросток за помощью или замкнется в себе и ситуация усугубится. Типичные и, конечно, ошибочные реакции на селфхарм: паника, истерика, гнев, обвинение, наказание, усиленный контроль, а иногда и игнорирование проблемы. Когда ребенок видит ужас и слышит крик, он лишний раз убеждается: «Я настолько ненормальный, что даже взрослые не могут это вынести», «Меня не понимают», «Я — проблема». Постоянные расспросы, слежка, попытки срочно исправить ситуацию своими силами, ничего не изменят. Отобрать все острые предметы и запереть дома тоже не поможет. Дети скрывают самоповреждения именно поэтому — боятся реакции тех, кто по идее должен предложить помощь, показать, что можно по-другому справляться с трудностями.
— Как убедить ребенка обратиться за помощью?
— Важно создать безопасную среду, чтобы подросток захотел поговорить, поделиться. Образовывайтесь сами: узнайте о селфхарме, поймите, что это не каприз, а крик о помощи. Нужно избегать осуждения. Лучше сказать: «Тебе, наверно, очень больно и одиноко?», «Мне страшно за тебя, я очень переживаю и хочу помочь найти другой выход». Тут стоит больше слушать и меньше говорить. Не обесценивайте своего ребенка: его чувства важны и имеют право быть такими, какие есть. Не требуйте немедленных объяснений или обещаний прекратить. Пусть фокус вашего внимания будет на понимании причины боли и такого поведения, а не на самом действии. И, конечно, помощь стоит предлагать мягко и корректно: «Я вижу, как тебе тяжело. Я хочу помочь тебе найти поддержку. Может, вместе подумаем о психологе? Я могу найти варианты, а ты решишь сам». Предлагайте выбор: к кому обратиться (психолог, психиатр, школьный психолог) и когда. Это даст ребенку ощущение контроля.
— Обязательно ли обращаться за помощью к специалисту?
— Да, это лучший вариант. Содействие психотерапевта, психолога или психиатра значительно улучшит ситуацию. Важно правильно это преподнести. Подайте это не как наказание: «Тебя надо лечить!», а как ресурс: «Специалист знает много способов справиться, давай попробуем».
— Как поддержать ребенка в этот непростой период?
— Самое главное, что должен услышать подросток в трудный момент: «Ты не один. Я рядом и готов помочь. Я не осуждаю, а понимаю, что тебе тяжело. Вместе мы справимся». Даже если подросток сразу не откроется, важно оставаться терпеливым, доступным и готовым поддержать. Не нужно играть роль психолога — достаточно быть любящим, спокойным взрослым, который поможет найти профессионала и не отвернется. И еще: заботьтесь о себе. Поддерживать подростка с селфхармом тяжело, поэтому вам тоже нужна поддержка психолога, членов группы для родителей или доверенных друзей. Ваше эмоциональное истощение не поможет решить проблему, а только усугубит ее.
Контактные телефоны для тех, кто оказался в сложной жизненной ситуации. Детская линия помощи: (8-801) 100-16-11 (анонимно, круглосуточно, бесплатно). Телефон доверия для детей и подростков: (8-017) 263-03–03 (анонимно, круглосуточно). Телефон доверия УЗ «Витебский областной клинический центр психиатрии и наркологии»: (8-0212) 61-60-60 (анонимно, круглосуточно).
Авторское право «Витьбичи»
